?

Log in

No account? Create an account

В погоне за эмоциями

Previous Entry Share Next Entry
Хроники чёрного турбо-Ховера. Глава LXVI. Знакомство с Русским Севером: возвращение в Москву
beacon1143
В кафе мы провели примерно час. У нас уже забрали подносы с тарелками, но мы сказали, что ещё посидим тут, погреемся. Впрочем, там было довольно пусто. Потом позвонили мастеру в "Амиго" - тот ответил, что уже вернулся в сервис, и пригласил нас тоже приходить. Опять прошлись по морозу, наблюдая дым из трубы "Энергомаша". Саша сказал: "Вот где тепло-то по-настоящему!" В такие морозы поневоле начинаешь машинально искать, где бы согреться в случае чего.

Зашли в сервис, где стоял отогревающийся Ховер. Заботливый мастер подключил к аккумулятору зарядное устройство. Я сел в водительское кресло, попробовал завести. Было то же самое: уверенные вспышки, но не завёлся. Я вслух выразил сомнения:
- Не угробили ли мы аккумулятор нашими попытками завестись?
- Да не похоже: крутит уверенно, - сказал мастер. - Дай-ка я попробую.
Сел за руль - и сразу запустил двигатель, слегка подгазовав. (Я это делать боялся, чтобы не залить свечи.) Наконец-то ожило сердце нашего автомобиля. Из открытого капота сразу пошёл дым (как мне показалось). Я перепугался, что масло выдавило - тем более, и запахло горелым маслом. Мастер меня успокоил: это иней и конденсат испаряется, так всегда бывает. Я хотел его ещё попросить поднять Ховер на подъёмник и счистить снег с защиты картера, но он меня и тут успокоил: ничем не страшен этот снег, лампочка Check Engine горела точно не из-за него. Денег попросил всего 400 рублей.
- По-божески, - сказал Саша.
- Да уж, у вас тут только на эвакуатор цены московские, - добавил я.
- А сколько он с вас взял?
- Две тысячи.
Мастер молча покрутил головой. Ещё недолго поговорили о том, куда и откуда мы едем, где были и что видели во время путешествия. Мастер поинтересовался, как летом ведёт себя Ховер в грязи. Мы сразу вспомнили, как ездили вдвоём к шару под Дубной. А потом попрощались и выехали из бокса. Время было уже сильно послеобеденное, а нам оставалось ехать больше 700 километров до Москвы.

Проблемы, вызванные морозом, на этом не закончились. На улице стёкла сразу стали обмерзать - и мы обнаружили, что не работает обдув. Тоже там что-то замёрзло, и тёплый воздух в салон совершенно не шёл. Я вышел из машины и пошёл снова к мастеру консультироваться. Но в окно из салона тут же постучал Саня: оказалось, когда я хлопнул дверью - обдув внезапно заработал. Поехали мы на ближайшую заправку "Роснефть" и залили полный бак. И попутно заметили, что двигатель работает очень неустойчиво, троит и не хочет прогреваться. Стрелка тахометра на холостых оборотах плясала туда-сюда, вся машина адски тряслась. Подумали и решили снова вернуться в сервис. Только подъехали к "Амиго", остановились - и двигатель сразу троить перестал, стрелка тахометра заняла стабильное положение. Я всё-таки зашёл к мастеру и поинтересовался, в чём могла быть причина. Тот ответил, что, возможно, в процессе запусков залили маслом какую-нибудь свечу (хотя и странно, что в этом случае снова не загорелся Check Engine). Посоветовал, как выедем на трассу, раскрутить двигатель до больших оборотов. На этом мы попрощались окончательно и около 15 часов выехали из Вельска в сторону Москвы.

Второй раз проехали через пост ДПС возле гостиницы, где мы ночевали. Передний номер был полностью покрыт замёрзшей грязью, но гаишники нас снова не тронули. А дальше мы с хорошей скоростью и без задержек направились на юг, к Москве. Вскоре стемнело, но дорога была пустая, что позволяло частенько включать дальний свет фар. Педали и рулевое управление, как водится, сразу снова замёрзли, двигатель капризничал, но тянул. Проехали мимо Верховажья, а потом сквозь Сямжу, где изначально планировали заночевать предыдущей ночью. Если бы мы так сделали - скорее всего, никаких проблем с утренним запуском двигателя и не было бы: в Сямже утром того же дня Интернет показывал всего лишь 36-градусный мороз. "Всего лишь"... Дома до этого я такой мороз считал бы экстремальным - а тут вот уже вполне приемлемым, потому что при такой температуре с тёплым аккумулятором можно запустить двигатель без внешнего подогрева. Хотя всё это относительно. Я вскоре после путешествия посмотрел фильм "72 градуса ниже нуля" (одноимённую повесть В. Санина ещё раньше читал). В фильме главные герои, полярники, рассуждают: "Вот съедем с купола, будет минус пятьдесят - теплынь, хоть портки скидывай да загорай". Для них и потепление до минус пятидесяти было огромным облегчением, потому что при этой температуре солярка (арктическая, естественно) уже не замерзает, подогревать её не требуется.

Продолжили путь на юг. Я обратил внимание, что перед гостиницами и кафе стоят знаки "WC". Тёплый туалет в такой мороз - это очень актуально. Если в 20-градусный мороз можно просто остановиться на обочине и относительно комфортно прогуляться с рулоном туалетной бумаги в лес (это я на себе проверял) - то в 40 градусов ниже нуля такой фокус уже не пройдёт, тут тепло нужно. Где-то я читал, что на стоянках дальнобойщиков в Сибири, где иногда случаются морозы до 60 градусов, а тёплых помещений нет, для этих целей выкапывают в снегу пещеру и роют в ней яму под туалет, а вход в пещеру прикрывают какой-нибудь тряпкой. И вроде бы получается относительно терпимо.

Проехали отворотку на Тотьму и Великий Устюг. У меня сразу возникла шальная мысль: свернуть туда, переночевать в кемпинге "Аляска" в Тотьме, а на следующий день рано утром по "телепорту" добраться до Солигалича, оттуда до Кинешмы, забрать жену с дочкой и к вечеру воскресенья приехать всем вместе в Москву. Но нам приключений уже хватило, хотелось скорее добраться до Москвы и отдохнуть. Доехали до Сокола (где, к слову, делают отличное сгущёное молоко) - и с этого момента дорога перестала быть пустынной, пошёл трафик, так что скорость немного снизилась. Проехали Вологду. Там нет полноценной окружной дороги, частично приходится ехать через город, стоять на светофорах, уступать дорогу пешеходам. Зато педали в процессе этого отогрелись, а ещё я успел во время стояния на светофорах жене и родителям сообщения отправить, что проезжаем Вологду.

После Вологды дорога оставалась такой же загруженной, ехали помедленнее. Я боялся, что после психологического напряжения первой половины дня в пути мне захочется спать. Тут меня выручил Саша, немного поспавший перед Вологдой. Первым делом он предложил сам сесть за руль, если мне захочется поспать. Кроме того, когда мы проехали Грязовец, я вспомнил семейные истории о том, как в 1918 году наступил голод (было такое, вроде бы по всей Центральной России), есть было нечего - и мужики из нашей деревни ездили в Череповец на сапоговаляльную фабрику "работать валенки", как это тогда называлось. За работу фабрика расплачивалась продуктами питания, которые потом везли на телегах в родную деревню. Сложность была ещё в том, что на дорогах стояли заградотряды, отбиравшие эти самые продукты питания (видимо, для нужд Красной армии). Крестьяне делились между собой сведениями, где какой заградотряд стоит, и объезжали их окольными путями (прямо как в наше время дальнобойщики по рации засады ГАИ обсуждают). А вспомнил я об этом потому, что в Грязовце стоял самый неприятный заградотряд: если другие, проявляя человечность, забирали половину или треть заработанных продуктов, грязовецкие отбирали всё подчистую. (Надо сказать, что с момента возникновения в Грязовце поста ДПС менталитет местных гаишников всегда был примерно такой же, как заградотрядовцев 1918 года - хотя нас не остановили.) Мой рассказ о заградотряде вылился в отличный разговор с Саней о политике - отличный тем, что держал в тонусе и отгонял сонливость до самого Ярославля.

В Данилове мы заправили полный бак на "Газпромнефти", а перед самим Ярославлем, где-то в районе Глебовского, снова загорелся Check Engine. Мы уже знали, что делать: снова остановились на обочине, поработали двигателем на холостых оборотах, заглушили и снова завелись - лампочка больше не горела. В Ярославле я поехал через город - планировал поужинать в пиццерии на проспекте Ленина, которая со времён моего первого посещения сменила три названия ("Ташир-пицца", "Пиццерия на проспекте" и какое-то ещё), но там всегда готовили оригинальную и очень вкусную пиццу. Но не получилось: пиццерия оказалась закрыта. Тогда мы решили поступить по-рабоче-крестьянски, как говорит мой научный руководитель - заехали на выезде в МакДональдс. В меню был какой-то новый острый бургер, мы решили взять себе по такому, но сначала я поинтересовался у девушки за стойкой:
- Скажите, пожалуйста, а вот тот бутерброд - он с чем?
- Вам все ингредиенты назвать? - похоже, она немного обиделась за "бутерброд".
- Если можно, да.
Бутерброд довольно бестолковый: он дороже Биг Тейсти и меньше по массе. Мы плотно поужинали, глядя по сторонам. В Карелии - один народ, в Поморье - другой, на Вологодчине - третий, и везде разные менталитеты, что сразу ощущается. А здесь, в ярославском Макдональдсе, я с удовлетворением ощутил, что приближаюсь к дому: кожей чувствовалось, что здешние люди по менталитету мало отличаются от москвичей или от кинешемцев. Посмотрели не только по сторонам, но и друг на друга. Оба на шестой день путешествия были обросшие, похудевшие, с обветренными лицами. Я руки обморозил, Саня - лицо.

Поехали дальше. По мере продвижения к Москве продолжало теплеть: в Ярославле было уже около 35 градусов ниже нуля. И это, надо сказать, прекрасно: столь умеренный мороз позволил ехать в машине без пуховика и даже держать печку не на максимальном режиме. Да и рулевое управление начало потихоньку отходить от своего замороженного состояния, а самое главное - перестал капризничать двигатель. От этого возникла некоторая эйфория. В Переславле-Залесском на заправке я выскочил на улицу без пуховика, в одной кофте. Правда, сразу поёжился и сказал заправщику:
- Ух, холодно у вас!
- Тридцать пять градусов мороза! - ответил тот.
- Мы сегодня с утра заводились в 44 градуса.
- Ого! А где это было?
- В Вельске.
- А где ночевали - в гостинице возле поста ДПС?
- Да... А как вы догадались?
- Там всегда холоднее, низина же, река рядом! Я сам из тех краёв, из Няндомы родом.
Даже переславский заправщик знает, что возле гостиницы "Уют" всегда немного холоднее, чем в самом Вельске и в окрестностях - только мы не знали. Может, если бы ночевали в самом Вельске - и осилили бы запустить двигатель.

До Москвы доехали легко и быстро. Саша честно не спал и поддерживал бодрый разговор - уже не о политике, но это всё равно не давало мне даже ощутить сонливость. В ближайшем Подмосковье и в Москве было совсем тепло - то ли 30 градусов мороза, то ли ещё теплее. Я с удовольствием ощущал, что Ховер окончательно оживает: двигатель работал, как часы, руль крутился легко - и даже педали тормоза и сцепления после выжимания стали возвращаться в исходное положение. Завёз домой Сашу, он взял рюкзак и со словами: "Неплохо покатались!" - попрощался и пошёл отдыхать. К своему дому я подъехал уже во втором часу ночи. После вельского мороза на улице казалось совсем тепло, воздух даже не обжигал внутренности при дыхании. Я бодро разгрузил вещи, сбегав пару раз от машины до квартиры и обратно, по-прежнему совершенно не чувствуя сонливости. Пришёл домой, напился воды, утоляя дорожную жажду. И только в этот момент нервное возбуждение куда-то улетучилось, на меня навалилась страшная усталость. Я и улёгся сразу спать.

На этом наше северное путешествие было завершено. Но такой длинное повествование о нём нуждается в эпилоге.

Следующая глава
Предыдущая глава

promo beacon1143 july 21, 2013 23:17 2
Buy for 10 tokens
Шла весна 2004 года. Я тогда учился в 11 классе СУНЦ МГУ – физико-математической школы имени А.Н. Колмогорова. Мы учились и жили в общежитии в «филейной части белокаменной Москвы», а на каникулы и на праздники ездили домой. С одного такого случая вся история и началась. Был у меня одноклассник и…